А в библиотеке тихо, словно в храме (remix)

В каптёрке тускло лампочка горит,
На этажерке — Пушкин и Блок.
И старый зек о жизни говорит,
Смотря в окно на мартовский дымок.
Я здесь сижу при бане и при деле,
Выдаю тома для просвещенья.
Уж сколько зим и вёсен
Пролетели — здесь книги
Единение с исцеленьем.

А в библиотеке тихо,
Словно в храме.
Здесь срок листают сорок сороков.
Чужие судьбы в переплётной драме.
И мы без слов читаем меж строк.
Кто в петлю лез, а кто пошёл по этапу —
Я всё храню в исписанных листах.
И доктора в халатах докторам по мату

Шепчут диагнозы разбитых контактов.
Заходит худой, в глазах холодный лёд,
Спросить — за жизнь или найти роман.
Он думает, здесь каждый только ждёт,
Как крысить харчи, затевать обман.
А я ему: "Возьми-ка Достоевского,
Там про расстрелы, каторгу и грех".
Он смотрит косо, словно с Перевесла,
И молча падает латунный наш орех.

А в библиотеке тихо,
Словно в храме.
Здесь срок листают сорок сороков.
Чужие судьбы в переплётной драме.
И мы без слов читаем меж строк.
Кто в петлю лез, а кто пошёл по этапу —
Я всё храню в исписанных листах.
И доктора в халатах докторам по мату

Шепчут диагнозы разбитых контактов.
Вон врач в санчасти шприцы забирает,
Усталый волк в больничных проводах.
Он лечит тело, что вовсю сгорает,
А я червей ковыряю в головах.
Мы оба здесь на воле не чужие,
Но держит нас невидимый ремень.
Он штопает порванные жилы,
А я спасенных из неволи тень.