Флаг не спустит гордый флот

Под чёрным небом, где ревёт прибой,
Шли корабли сквозь шторм и непогоду.
Адмирал вёл эскадру в смертный бой
На помощь осаждённому порту.
Но горизонт заполнил вражий строй.
Леса и мачвы закрыли солнце в небе.
К орудиям!
Сегодня мы с судьбой
Сразимся в этой чёрной бездне.

Залп за залпом рвётся строй.
Чёрный порох, красный бой.
Сталь о сталь, огонь аборд.
Балом правит тут сам чёрт.
Гром орудий, треск снастей,
Крик матросов средь огней.
Пусть пылает
Небосвод — флаг не спустит гордый флот.

Гремели пушки, палубы дрожали.
Картечь косила тех, кто шёл на штурм.
На реях паруса огнём пылали,
И небо разрывал орудий гул.
Манёвр адмирала был искусен:
Он бил по флагманам,
Ломая строй.
Но каждый залп звучал всё глуше —
Истощены матросы дальнею дорогой.
А враг всё новые вводил
Эскадры и свежие команды
Ший на абордаж!" и сквозь огонь,
Сквозь дым и грохот адский
Кольцо врагов смыкалось вокруг нас.

Залп за залпом рвётся строй.
Чёрный порох, красный бой.
Сталь о сталь, огонь аборд.
Балом правит тут сам чёрт.
Гром орудий, треск снастей,
Крик матросов средь огней.
Пусть пылает
Небосвод — флаг не спустит гордый флот.

Адмирал!
Адмирал!
Наш флагман объят огнём.
Значит, будем гореть наравне с ним.
Нам не выйти живыми из боя.
Так падём, не спустив своих знамён.
И снова залп, и снова пламя.
Взлетает в небо грот-мачта.
Море кипит под кораблями,
И наш становится горячей.
И флагман встал под градом стали.
Сквозь пламя бил, пока хватало сил.
Его матросы палубу держали
И каждый за товарища рубил.
Адмирал стоял у разбитого штурвала,
Когда огонь добрался до него.
Эскадра до последнего стреляла,
Пока не смолкло эхо залпов в дыме.
И корабли, объятые пожаром,
Один за другим уходили вглубь.
Волна сомкнулась над последней мачтой,
И море скрыло павших в чёрной мгле.

Залп за залпом рвётся строй.
Чёрный порох, красный бой.
Сталь о сталь, огонь аборд.
Балом правит тут сам чёрт.
Гром орудий, треск снастей,
Крик матросов средь огней.
Пусть пылает
Небосвод — флаг не спустит гордый флот.

Море остыло.
Ветер затих.
Флот не вернулся.
Но помнят о них.